Признаюсь честно, когда я впервые изучала информацию о Большой мечети шейха Зайда в Абу-Даби и мечети Султана Кабуса в Маскате, мое воображение рисовало нечто совершенно иное. Перечисление материалов вроде «кристаллы Сваровски», «мрамор редких пород», «позолота в 24 карата» и «инкрустация драгоценными камнями» невольно наталкивало на мысль о вычурной, почти безвкусной демонстрации богатства. Казалось, что архитектура окажется тяжеловесной, перенасыщенной деталями и лишенной души. Однако реальность, как это часто бывает, разрушила мои предубеждения самым элегантным образом.
Обе эти постройки, несмотря на свою запредельную стоимость и статус одних из красивейших в мире, сумели сохранить то, что я называю архитектурным достоинством. В них нет кричащей пафосности, но есть бесконечное изящество, заставляющее сердце замирать. Безусловно, любовь к роскоши на Востоке имеет иную природу, нежели на Западе, но в этих двух случаях она трансформировалась в подлинное искусство, доступное для созерцания каждому.
Белоснежная симфония Абу-Даби
Мечеть шейха Зайда, распахнувшая свои двери в 2007 году, мгновенно стала иконой, растиражированной в миллионах фотографий по всему миру. Даже если вы никогда не ступали на землю Эмиратов, этот ослепительно белый силуэт на фоне пронзительно-синего неба наверняка вам знаком. Но виртуальные снимки не передают и малой доли того ощущения, которое возникает при реальной встрече. Когда гигантское сооружение из македонского и греческого мрамора вырастает перед глазами, первая мысль — уж не мираж ли это? Хочется физически убедиться в подлинности происходящего, настолько сюрреалистично выглядит эта белизна под палящим солнцем пустыни.
Масштаб проекта поражает воображение: это крупнейшая мечеть в ОАЭ, способная вместить до сорока тысяч верующих одновременно. Бюджет в шестьсот миллионов долларов превратил двадцать три тысячи квадратных метров в пространство, где каждая деталь доведена до совершенства. Сто тысяч тонн природного камня, золото, керамика и полудрагоценные камни сложились в ансамбль, который не давит, а будто парит над землей.
Оказавшись внутри периметра, я потеряла дар речи от обилия визуальных рифм. Мраморный двор, инкрустированный невероятным цветочным орнаментом, кажется гигантским ковром, только что расстеленным искусным ювелиром. Колонны, оплетенные лозами из самоцветов, отражают свет так, что кажется, будто они светятся изнутри. А бесчисленные купола и витражи завершают картину, создавая игру света, которая меняется каждую секунду. Мне было очевидно, почему это место никого не оставляет равнодушным: здесь красота присутствует в каждом миллиметре, от гигантских люстр из кристаллов Сваровски до мельчайших деталей резьбы.
Особый восторг у меня вызвала трансформация облика здания в разное время суток. Днем ослепительная белизна контрастирует с лазурью неба, а с наступлением сумерек включается продуманная система подсветки, которая имитирует лунные фазы. Голубоватое сияние заливает стены, делая мечеть похожей на волшебный дворец из восточной сказки. Я настоятельно советую каждому, кто планирует визит, найти возможность увидеть оба этих состояния — дневное и ночное, они абсолютно разные по настроению, но одинаково грандиозные.
Сдержанное величие Маската
Если слава мечети шейха Зайда гремит на весь мир, то ее «сестра» из Омана остается достоянием более узкого круга ценителей. Мечеть Султана Кабуса в Маскате, открытая в 2001 году после шести лет строительства, произвела на меня совершенно иное, но не менее глубокое впечатление. На смену ослепительной мраморной феерии здесь приходит строгая элегантность и лаконичность форм. Первая мысль, которая возникла при взгляде на нее, была очень простой: «Сколько же в этом грации!».
Построенная на личные средства Султана Кабуса, она выглядит воплощением благородства. Здесь нет вычурности, а доминирует теплый, тактильно приятный оттенок индийского песчаника, триста тысяч тонн которого ушло на возведение стен. Архитектура словно вырастает из земли, оставаясь монументальной, но при этом воздушной за счет многочисленных арочных проемов и внутренних двориков. Я бродила по ее территории, не в силах остановить поток снимков: искусная резьба на тяжелых дверях, бронзовые фонари с витражными вставками и бесконечные отражения в водной глади создавали ощущение умиротворения и покоя, которого иногда не хватает в более помпезных сооружениях.
Игра света здесь какая-то особенно мягкая, обволакивающая. Солнечные лучи, проходя сквозь ажурные решетки, рисуют на полированных полах сложные узоры, которые хочется рассматривать бесконечно. В этом пространстве осознаешь, что истинная роскошь часто заключается не в обилии золота, а в качестве материалов, идеальных пропорциях и том труде, который вложен в каждый сантиметр убранства.
Общие черты и личное соперничество
Несмотря на полярную эстетику, у этих двух шедевров современной исламской архитектуры гораздо больше общего, чем кажется на первый взгляд. Обе они названы в честь выдающихся правителей, сумевших превратить свои государства в процветающие оазисы. Обе стали символами новой эры и открытости миру, демонстрируя, что монументальное строительство может быть не просто демонстрацией амбиций, но и актом служения красоте.
Разумеется, обе отметились в Книге рекордов Гиннесса, что лишь подтверждает их уникальность. В Абу-Даби под сводами молитвенного зала расстелен самый большой ковер в мире. Его площадь составляет 5627 квадратных метров, а для создания этого чуда размером с футбольное поле понадобилось 15 тонн иранской и новозеландской шерсти, столько же хлопка и невероятные усилия 1200 мастеров, работавших вручную. Стоя на этом ковре, я физически ощущала тепло натуральных волокон и колоссальную энергию человеческого труда.
В Маскате же до 2022 года находилась самая крупная люстра в мире — гигантское творение итальянской компании Faustig. Четырнадцать метров в высоту и восемь в ширину, она весит почти девять тонн, а ее рожки и подвески из кристаллов Сваровски переливаются так, что захватывает дух. Глядя на этот сверкающий водопад, я думала о том, как гармонично технологии и ювелирная точность вписались в древние традиции.
Сравнивать их, пытаясь выбрать лучшую, — занятие бессмысленное и неблагодарное. Одна покоряет открытой, сияющей красотой, которая бросается в глаза с первой секунды. Другая требует более вдумчивого созерцания, но, раскрывшись, пленяет своей аристократичной сдержанностью и гармонией. На мой взгляд, истинное чудо заключается в том, что, располагая схожими ресурсами и культурным кодом, зодчие смогли создать два настолько разных по характеру, но одинаково восхитительных пространства. Это тот случай, когда архитектура перестает быть просто зданием и становится воплощением души.